Ангелина Степанова

Ангелина Иосифовна Степанова — советская и российская актриса театра и кино, народная артистка СССР, Герой Социалистического Труда, легенда Московского Художественного театра. Она родилась 23 ноября 1905 года в Николаевске-на-Амуре, а умерла 17 мая 2000 года в Москве. В 1921 году поступила в 3-ю Студию МХТ (Студия Евгения Вахтангова), где впервые вышла на сцену в легендарном спектакле «Принцесса Турандот». В 1924 году Станиславский перевёл её и ещё нескольких молодых актёров в основную труппу МХТ, и с тех пор вся её творческая жизнь была связана с этим театром.

Театр и кино

На сцене МХТ Степанова сыграла десятки ролей, став одной из ведущих актрис театра. Среди её работ — Бетси Тверская в «Анне Карениной», Ирина и Аркадина в «Трёх сестрах» и «Чайке», Бетси в «Плодах просвещения», графиня в «Женитьбе Фигаро», Елизавета в «Марии Стюарт». В поздние годы она увлеклась искусством дуэта, создав знаменитые сценические пары с Анатолием Кторовым («Милый лжец»), Михаилом Прудкиным («Живой труп») и Марией Бабановой («Всё кончено»). В кино снималась редко, среди её работ — «Война и мир», «Они сражались за Родину» и «Запомните меня такой».

Голос на радио и в аудиоспектаклях

Отдельное место в её биографии занимает работа у микрофона. Когда в последние годы занятость Степановой в спектаклях МХАТа уменьшилась, она обратилась к художественному чтению и стала устраивать поэтические вечера. Её голос звучит в классических радиоспектаклях, записанных на Всесоюзном радио: «Три сестры» Чехова (1947, роль Ирины), «Убийство в Восточном экспрессе» Агаты Кристи (1966, княгиня Драгомирова), «Мария Стюарт» Шиллера (1967), «Сладкоголосая птица юности» Теннесси Уильямса (1975), «Милый лжец» Джерома Килти (дуэт с Анатолием Кторовым), «Всё кончено» Эдварда Олби, «Дядюшкин сон» Достоевского, «Тартюф» Мольера. В её исполнении также записаны поэма Лермонтова «Демон» (1982), стихи из античной лирики (1986, совместно с Михаилом Царёвым) и рассказ Мариэтты Шагинян «Столетие лежит на ладони» (1984).

Манера чтения

Степанова читала в характерной для мхатовской школы манере — интеллигентной, психологически глубокой, с элегантной сдержанностью и скрытым лиризмом. Её голос — выразительный, с ясной дикцией — одинаково хорошо подходил как для классической драматургии Чехова, Шиллера и Мольера, так и для поэзии и прозы. Она не перегружала чтение излишней театральностью, но умела создавать образ одним лишь звучанием.